Собрано
BYN 8 976,35
Уже собрано
100%
Давайте знакомиться
В начале марта у Матвея то внезапно немела нога, то подкашивалась, но вскоре проходило. Мама забила тревогу, обратилась к врачам, и как оказалось, не зря. Посте проведенного МРТ было выявлено объемное образование правой теменной доли.
28 мая в РНПЦ неврологии и нейрохирургии была проведена операция по тотальному удалению опухоли. Матвей быстро восстановился. По результатам гистологии опухоль оказалась редкая и для определения дальнейшей тактики лечения специалисты детского онкоцентра рекомендуют проведение FMI-исследования.
Помощь оказана по программе "Шанс".
28 мая в РНПЦ неврологии и нейрохирургии была проведена операция по тотальному удалению опухоли. Матвей быстро восстановился. По результатам гистологии опухоль оказалась редкая и для определения дальнейшей тактики лечения специалисты детского онкоцентра рекомендуют проведение FMI-исследования.
Помощь оказана по программе "Шанс".
Обращения от родителей
12 июня 2026 г.
Здравствуйте, дорогие сотрудники фонда!
Меня зовут Оля. Я мама трёхлетнего Матвея.
Я никогда не думала, что буду писать такое письмо. Наверное, никто не думает. Всегда кажется, что беда обойдёт стороной. Но она пришла. И теперь я по ту сторону.
Это история о моем сыне, Матвее. Ему всего 3 года. Он самый активный, жизнерадостный и сильный мальчик, которого я знаю. До недавнего времени он бегал и прыгал, как все дети, и ничто не предвещало беды.
Но случилось то, что перевернуло наш мир.
Как всё началось
В начале марта у сына начались странные эпизоды. Нога внезапно немела, подкашивалась. Он говорил: «Мама, я не могу идти». Проходило через секунду - и он бежал дальше.
Мы пошли к врачам.
Нам говорили: «Наблюдайте», «пейте витамин D», «фазы роста», «перерастёт». Я слышала это от разных специалистов. Но внутри что-то кричало: «Здесь что-то не так».
Мы не остановились. Ходили, искали, добивались. И только один врач направил нас на МРТ.
19 мая Когда я увидела заключение, мир перевернулся. «Объёмное образование правой теменной доли». Опухоль мозга. Моему сыну.
3 года.
Операция
Нас направили в РНПЦ неврологии и нейрохирургии. Заведующий сказал честно: расположение сложное, нестандартное, редкое риск паралича левой стороны высокий. Я подписала согласие. Другого выхода не было.
28 мая ему удалили опухоль полностью.
Операция прошла настолько успешно, что на третьи сутки он уже прыгал, бегал и я ловила его по коридору после такой сложнейшей операции. Врачи сами удивлялись. Мой мальчик выкарабкался. Он снова бегает, прыгает, смеётся.
У него есть любимая песня - Макс Корж «Жить в кайф». Когда она играет, он улыбается и танцует и поет. И я смотрю на него и думаю: он действительно хочет жить в кайф.
По-настоящему.
Но битва не закончена
Гистология показала, что опухоль редкая, нестандартная. Смешанный тип. Наши патологоанатомы сами не могут поставить точный диагноз. Чтобы понять, как лечить дальше, нужны сложные молекулярные анализы. В Беларуси их не делают.
Врачи не знают, что делать: начинать химиотерапию сейчас или ждать. Мы не можем гадать, когда речь о жизни сына.
Ведущие специалисты рекомендуют отправлять материал в Германию для ДНК-анализа метилирования и NGS. Это единственный способ получить точный диагноз и понять, нужны химия, таргетные препараты или просто наблюдение.
Я никогда не проходила мимо чужой беды. Сама организовывала благотворительные акции. Мы с командой делали макияж, причёски в детских домах, я искала спонсоров, проводила мероприятия. Переводила на сборы, заказывала для деток отказников нужды.
Я знаю, как это - помогать.
Я всегда была на стороне тех, кто отдаёт.
А теперь я оказалась на стороне тех, кто нуждается.
И мне очень трудно просить. Но я прошу.
Пожалуйста, помогите нам дать Матвею шанс. Шанс на точный диагноз, на правильное лечение, на здоровое будущее. Он так хочет жить, бегать и смеяться. Он заслужил этот шанс.
Спасибо, что вы есть и что читаете эти строки.
С надеждой и верой, мама Матвея
Меня зовут Оля. Я мама трёхлетнего Матвея.
Я никогда не думала, что буду писать такое письмо. Наверное, никто не думает. Всегда кажется, что беда обойдёт стороной. Но она пришла. И теперь я по ту сторону.
Это история о моем сыне, Матвее. Ему всего 3 года. Он самый активный, жизнерадостный и сильный мальчик, которого я знаю. До недавнего времени он бегал и прыгал, как все дети, и ничто не предвещало беды.
Но случилось то, что перевернуло наш мир.
Как всё началось
В начале марта у сына начались странные эпизоды. Нога внезапно немела, подкашивалась. Он говорил: «Мама, я не могу идти». Проходило через секунду - и он бежал дальше.
Мы пошли к врачам.
Нам говорили: «Наблюдайте», «пейте витамин D», «фазы роста», «перерастёт». Я слышала это от разных специалистов. Но внутри что-то кричало: «Здесь что-то не так».
Мы не остановились. Ходили, искали, добивались. И только один врач направил нас на МРТ.
19 мая Когда я увидела заключение, мир перевернулся. «Объёмное образование правой теменной доли». Опухоль мозга. Моему сыну.
3 года.
Операция
Нас направили в РНПЦ неврологии и нейрохирургии. Заведующий сказал честно: расположение сложное, нестандартное, редкое риск паралича левой стороны высокий. Я подписала согласие. Другого выхода не было.
28 мая ему удалили опухоль полностью.
Операция прошла настолько успешно, что на третьи сутки он уже прыгал, бегал и я ловила его по коридору после такой сложнейшей операции. Врачи сами удивлялись. Мой мальчик выкарабкался. Он снова бегает, прыгает, смеётся.
У него есть любимая песня - Макс Корж «Жить в кайф». Когда она играет, он улыбается и танцует и поет. И я смотрю на него и думаю: он действительно хочет жить в кайф.
По-настоящему.
Но битва не закончена
Гистология показала, что опухоль редкая, нестандартная. Смешанный тип. Наши патологоанатомы сами не могут поставить точный диагноз. Чтобы понять, как лечить дальше, нужны сложные молекулярные анализы. В Беларуси их не делают.
Врачи не знают, что делать: начинать химиотерапию сейчас или ждать. Мы не можем гадать, когда речь о жизни сына.
Ведущие специалисты рекомендуют отправлять материал в Германию для ДНК-анализа метилирования и NGS. Это единственный способ получить точный диагноз и понять, нужны химия, таргетные препараты или просто наблюдение.
Я никогда не проходила мимо чужой беды. Сама организовывала благотворительные акции. Мы с командой делали макияж, причёски в детских домах, я искала спонсоров, проводила мероприятия. Переводила на сборы, заказывала для деток отказников нужды.
Я знаю, как это - помогать.
Я всегда была на стороне тех, кто отдаёт.
А теперь я оказалась на стороне тех, кто нуждается.
И мне очень трудно просить. Но я прошу.
Пожалуйста, помогите нам дать Матвею шанс. Шанс на точный диагноз, на правильное лечение, на здоровое будущее. Он так хочет жить, бегать и смеяться. Он заслужил этот шанс.
Спасибо, что вы есть и что читаете эти строки.
С надеждой и верой, мама Матвея
